4 месяца, 3 недели и 2 дня/4 luni, 3 saptamani si 2 zile/

Рецензия от Анны Гросицкой

Советская Румыния 1980-е годы. Через голый голубой кафель гостиниц, голые стены лестничных клеток подъездов пред нами в фильме Кристьяна Мунджу голая коммунистическая страна. И самым обнаженным в этой стране является страх. Преследуя разные цели, жесткие атеистические страны (соответственно, коммунистические) запрещают аборты. Удивительно, но, преследуя другую цель, и мировые религии запрещают аборты. Средство одно - страх.

Близка эта история каждому по-своему, кому-то по-хорошему не близка. После отмены запрета абортов, отношение к ним осталось прежним. Отношение обеих сторон: и врача, и пациента. Именно оно так узнаваемо зрителем, как постоянное ощущение преступности и страха. Попытка решения неразрешимого вопроса жизни и смерти, поступка и ответственности.

Режиссер играет со зрителем, подставляя ложные страхи героине Анамарии Маринке в виде случайностей (запертая дверь, неотвеченный звонок, машина скорой помощи), подставляя саму героиню. (Мы ведь точно не узнаем беременна ли она). Плывя в «новой волне», К. Мунджу выбирает главным персонажем не беременную девушку, а ее подругу. И если на Габицэ (Лаура Василиу) обрушивается физиологическая доля процесса, то на Отилию - полностью моральная. Сцена оплаты операции, вначале болтливая, затем молчаливая, сыграна партнершами одновременно и отчаянно, и притуплено, что очень правдиво.

Прижившаяся в нашей стране такая же внутренняя обстановка трамваев, форма рюмок на торжестве и даже мусоропровод так часто при просмотре стирают временные границы, а если еще учесть моду, то можно совсем не почувствовать исторического контекста.

В своих заметках режиссер написал: « Вдруг оказалось, что всем есть, что рассказать на эту тему». А в своем фильме последней фразой поставил просьбу Отилии: «Знаешь, что мы сделаем? Мы никогда не будем говорить об этом. Ладно?..»

©Анна Гросицкая

«  вверх  »