Эйфория

Рецензия от Гросицкой Анны

«Эйфория» - фильм-симфония, со своими контрастами и столкновениями, одновременно одноголосный и полифоничный, где первостепенно лирическое адажио актеров Окунева и Агуреевой под высоким пронзительно-голубым небом. Это - режиссерский дебют Ивана Вырыпаева, призер малого золотого льва в Венеции и диплома жюри фестиваля "Кинотавр" "за яркое экспрессивное изобразительное решение".

При просмотре Вырыпаевской "Эйфории" впечатляют два момента: фантастическая красота русских просторов, мастерски переданная оператором (А.Найденов) и противоположная естественности пейзажей деланная игра актеров, что выглядит как здорово воплощенная режиссерская идея, рождающая "двойную натуральность". Как будто истинную простоту в данном случае можно было только специально создать и придумать. То, что Вырыпаев театральный режиссер и внес в свой фильм черты современных постановок, вписывается в масштаб авторского кино и даже расширяет его. Прием со сленгом используется для создания полуживых образов в неизвестной Донской деревне, где все медленно и длинно как дождь, дороги, реки и поля. Жители требуют перемен и пытаются выражаться "короче", или совсем коротко - без слов. Порой просто молча убивают.

Зритель встретит здесь многими любимых фоменковских актеров. Оставившая свое обаяние "очаровашки" жена режиссера, Полина Агуреева, предстает, наверное, самой умной женщиной, которая на протяжении картины действительно не знает, "что дальше" и "как мы будем". Героиня Джабраиловой решительно отказывается думать на эту тему, говоря: "А ниче не будет" и использует вилку как помощницу в убийстве соперницы. Неотразим и комичен мелькнувший проездом Юскаев.

Кому-то этот фильм напомнил Феллини, кто-то ругался, что копируют Тарковского, в особенности начальная сцена с мотоциклом. Мне кажется, что, когда впервые снимаешь фильм, очень хочется, чтобы там было все, все самое главное. Поэтому здесь и Феллини, и Тарковский, немного Ким Ки-Дука, в сцене ожидания у деревянной стены и дерева с восточной картинки, немного ковбойского кантри, когда муж сжигает дом и уходит в поля с ружьем и водкой, и, конечно, много невозможной любви. Все это могло быть легкой и бессмысленной эклектикой, а получилось красиво так будто страна наша безымянная-несуществующая и страшно, что очень тяжела неосуществимая любовь. Вырыпаев назвал это - ЭЙФОРИЯ.

© Анна Гросицкая

«  вверх  »