Луна в зените

Рецензия от Лизы Сезоновой

Есть такой портал на майл.ру, про гороскопы. Жизнь известных людей по знакам зодиака: какая планета подтолкнула Есенина к самоубийству и в чем секрет успеха Мерлин Монро. Астропрогноз Анны Ахматовой, например, подробно и популярно рассказывает, почему же поэтессе так не везло с мужьями: все то умирали, то бросали. «Наверное, великая поэтесса не была приспособлена к роли жены, - пишет автор статьи. – Или тут сыграл роль мощный Тау-квадрат, от оппозиции Сатурна с Белой Луной, «бьющий» ее Венеру в 7-ом доме». Вот и стало все понятно в сложной и противоречивой судьбе Ахматовой, в её драматичных отношениях с любимыми, сыном, властью и временем – это просто Тау-квадрат ударил по Венере.

Видимо, такой подход к жизни и творчеству Анны Андреевны выбрали и создатели «Луны в зените», фильма о непростой жизни великого поэта, преимущественно личной, точнее, о том, как поэта обижали и страна, и мужчины. Фильм мистический, оговоримся сразу: в основу положено представление об Ахматовой как о провидице, которой во снах являлись духи и рассказывали о будущем. Было так или нет – можно только гадать, но в этой картине Ахматовой во снах является Гумилев, первый и законный муж, отец единственного ребенка, поэт, расстрелянный большевиками. Он появляется в кадре едва ли не чаще самой Ахматовой, смотрит грустными глазами и предсказывает всегда что-то трагическое. Впрочем, все герои фильма склонны что-то предсказывать, говорить афоризмами, жалобными сентенциями, и всё это в крайне напыщенных тонах – чего только одни признания Пунина в исполнении Сергея Барышева стоят! Мужчины сменяют друг друга и выделить из них главного не представлялось бы возможным, если бы постоянно не подсказывали, что главный тут призрак, Гумилев то есть.

Действие несется вперед на всех парах, не давая времени задуматься и присмотреться – еще бы, предстоит охватить целую эпоху! Серебряный век, революция, сталинский террор, война, эпоха шестидесятых, – тут на целый сериал хватит, а хронометраж поджимает. Калейдоскоп событий разбит на две части: в одной старая Ахматова (Светлана Крючкова) лечится в санатории, вспоминает прошлое и ведет беседы во сне с Гумилевым, в другой – она же, но молодая (Светлана Свирко), из тех самых воспоминаний. Старая и молодая Ахматовы не похожи друг на друга совсем – и дело не во внешности, а в манере, голосе, интонации - и это удручает особенно сильно. Героев вообще сложно соотнести с их прототипами: узнать Марину Цветаеву, например, в жёсткой особе Натальи Фиссон не представляется возможным. Достоверным здесь кажутся только кадры хроники да стихи, впрочем, и это не спасает фильм. Почему нужно было выбирать изо всех возможных вариантов «прочтения» линии жизни Ахматовой именно мистический – неясно. Наверное, объяснить противоречия в судьбе - блистательную юность и годы молчания, арест сына и тяготы войны – невозможно было никаким другим образом. Все дело в Тау-квадрате, да.

©Лиза Сезонова

Рецензия от Яны Фельвитской

Инопланетный «Сон во сне»

Неторопливо-медитативный ритм внутренней жизни последних лет Ахматовой, очень тонко и интеллигентно подхваченный фильмом «Луна в зените» плохо сочетается с ярким и насыщенным (даже, можно сказать, концентрированным) ритмом, предложенным жизнью. Здесь всё перемешено и взаимосвязано: мужья и грёзы, утраты и сны, желания и прозрения… Люди-легенды предстают несложными световыми фигурами, несущими свою смысловую нагрузку, и искусно разыгрывают партию на вдохи-выдохи – партию сложных взаимоотношений, причинно-следственных связей и чувств.

«Луна в зените» оригинальна и… мистична. Может быть, даже слишком мистична, как ускользающим образ этой самой дымчатой, неуловимой, подверженной метаморфозам, подвижной луны… То ли есть эта жизнь, то ли нет… но вся она проникнута таким светом и такой любовью, что на протяжении всей картины, даже между кадрами, читается пронзительное послание совсем не ушедшей, а лишь отошедшей в сторону эпохи, обличённой в весьма конкретные лица и силуэты.

Щемящий дух Петербурга, его плотный воздух и отяжеляющий движение вперёд груз воспоминаний…Всё это ощутимо явлено в картине, полной символов, тайн, загадок и неясностей, которые можно трактовать, как угодно, но трактовать не хочется вовсе, а лишь воспринимаешь во всём великолепном объёме. Хочется что-то искать.. Не для того, чтобы найти, а чтобы бесконечно плутать между Горенко, Анной Андреевной и Ахматовой, вслушиваться в строчки, верить предчувствиям, узнавать уже известное, давно прочувствованное и даже пережитое.

©Яна Фельвитская

«  вверх  »